«Материал собирал 20 лет…»

Издательство Сибирского федерального университета получило беспрецедентное количество наград за учебные и научные издания, выпущенные в 2015–2018 гг. Таковы итоги VIII общероссийского конкурса изданий для вузов «Университетская книга – 2018″, которые подвели в Томске 5 сентября. Среди дипломантов — доцент кафедры истории России Гуманитарного института СФУ, кандидат исторических наук Сергей Алексеевич САФРОНОВ. Его двухтомник «»Пьяный вопрос» в России и «сухой закон» 1914-1925 годов» стал победителем в номинации «Лучшее многократное издание (самая востребованная книга)». И это при том, что книга была издана всего год назад! О причинах успеха беседуем с автором.

— Сергей Алексеевич, как долго вы собирали материал для книги?

— Около 20 лет, с 90-х годов. Тогда я ещё писал кандидатскую диссертацию по столыпинской реформе, а в газетах и журналах того времени было много информации об антиалкогольной пропаганде, статей о пьянстве. Ещё не зная зачем, я просто откопировал их наряду со статьями по своей теме. Сначала для меня было просто забавно. А оказалось, это огромный, малоизученный пласт истории. Со временем у меня накопилось много материала, я решил написать статью — «Пьяный вопрос в Сибири», а потом пришла идея монографии. О питейной политике мало кто пишет, хотя, например, при Николае I доходы от продажи спиртного составляли 46% бюджета. При советской власти — около трети бюджета, считается, что даже армию содержали на доходы от водки…

— Среди ваших предшественников, тех, кто исследовал эту тему подробно, кого бы вы выделили?

— Сейчас о питейной политике пишут 5-6 исследователей, например Н.Е. ГОРЮШКИНА. Многие из них появились недавно, и, как ни странно, среди исследователей этой темы много женщин, хотя тема, казалось бы, не совсем женская. Писали об этом и до революции. Самый большой труд — трёхтомник об истории питейной политики в России, который заказал С.Ю. ВИТТЕ накануне введения казённой винной монополии.

— Как вы считаете, что является главным открытием книги?

— Главное открытие, возможно, спорное, но состоит в следующем: резкое введение «сухого закона» в России в начале Первой мировой войны способствовало поражению. Бороться с пьянством нужно, но во время войны это было нелогичным решением: доходы от продажи водки тогда составляли четверть бюджета, и заменить этот источник поступлений было нечем. В этой ситуации Сергей Юльевич Витте посоветовал Николаю II поднять цены на одежду и продукты. То есть рост цен был совершенно искусственным. И именно дефицит и дороговизна продовольствия станут одной из причин Февральской революции. Даже для мирного времени убрать доходы от спиртного — это был бы удар, а во время войны, когда расходы увеличиваются в разы, отказаться от этого источника дохода было равносильно катастрофе.

— В своей книге вы не проводили параллели с современностью?

— Нет. У меня есть мысли о том, чтобы написать про советский период, но пока оставил это на будущее.

— Название книги такое неакадемическое…

— Это не диссертация, это книга, которую любой человек может пойти и купить в магазине. Здесь, конечно, есть умысел: хотелось, чтобы название притягивало. Как-то я нашёл в журнале «Сибирские записки» статью под заголовком «Пьяный вопрос». Мне это название понравилось, и я взял его для книги.

— На общероссийском конкурсе в Томске ваша книга получила награду в номинации «Лучшее многократное издание (самая востребованная книга)». Как думаете, почему?

— Мне кажется потому, что эта тема многих интересует. Когда я говорю, что пишу про Столыпина, это не вызывает вопросов, а если говорю, что пишу про «пьяный вопрос», интересоваться начинают даже те, кто не имеет отношения к истории.

— В чём особенность этой темы, почему она вызывает такой интерес?

— Об этом мало пишут. Есть несколько книг, но они написаны в классической манере, и читать их тяжело. Я, если честно, постарался написать так, чтобы это было читабельно. В книге приводятся большие цитаты. Люди того времени очень образованные, читать их интересно, и невольно погружаешься в атмосферу тех лет. Мне делали замечания в издательстве за больше цитаты, но когда пытаешься пересказывать их своими словами, эффект получается совсем другой.

— Какие выводы мы могли бы сделать, лучше поняв «пьяный вопрос» в России? Как считаете, этот вопрос снят?

— Этот вопрос не снят. Исторически позиция государства в этом вопросе была двойственной. Например, при Никоне: с одной стороны, сократили количество питейных заведений, а с другой — потребовали увеличить порцию для продажи в три раза. Или восстание в конце 50-х годов XIX века, его сейчас считают антиалкогольным, а на самом деле это было движение за дешёвую водку: народ громил кабаки с дорогой водкой. В ссылку тогда отправилось порядка 11 тысяч человек. Наконец, Александр II пошёл на то, что пустил в оборот так называемую дешёвку, дешёвую водку, и только тогда бунты прекратились.

Но были периоды, когда борьба с пьянством давала хороший эффект. Когда вводили сухой закон в начале XX века, противники говорили, что нельзя добиться хорошего результата в стране, где 400 лет пьянства (начиная с Ивана Грозного). Но всё-таки, несмотря на поражение в Первой мировой войне, потом, когда большевики разрешили продажу водки, выяснилось, что подросло целое поколение детей, не видевших пьяных. И когда люди «навеселе» снова появились на улицах, дети спрашивали: «Что это такое? Они заболели?» Если бы трезвую политику продолжили ещё лет десять, то эти дети бы выросли, и можно было добиться трезвости нашего народа.

Отмечу, что есть три вида стран: пивные (Германия), винные (Франция) и водочные. Россия, как и, например, Финляндия, – классическая водочная страна: мы употребляем меньше алкогольных напитков, чем многие страны, но эти напитки более крепкие.

Сибирский федеральный университет — офф. сайт www.sfu-kras.ru

Читайте больше новостей про :


Добавить комментарий